Письма отовсюду

Гримасы истории

В жестоком ХХ веке почти у каждой страны был свой холокост – у Беларуси тоже. Но мы простили. Или нет? Почему мы смогли, а другие – нет? И может ли случиться так, что лет через тридцать-пятьдесят Израиль будет просить прощения у палестинцев, США – у народа Ирака, а Турция – у курдов? Попросит ли прощения Эстония и Латвия у своих неграждан и примет ли их в свои государственные объятия? Франция в свое время нашла в себе силы признать, что то, что она творит в колониальном Алжире – зло. Вину искупает до сих пор: очень многие из сегодняшних французов (включая Зинедина Зидана) – мусульмане алжирского происхождения. Простил ли Францию Алжир? А Индия, Пакистан и Бангладеш – простили ли они Великобританию, оставившую после себя в наследство разделенный ограбленный континент и массу нерешенных проблем? Точно знаю, что китайцы и корейцы японцам не простили ничего. Почему Польша до сих пор не может простить России Катынь? России, у которой трагедия расстрелянного в сталинские времена цвета нации до сих пор – занозой в сердце? Что это – фантомная боль империи, утратившей величие?

Швейк или не Швейк?

Швейк сейчас смотрит на меня отовсюду: из витрин сувенирных магазинов – сделанный из стекла (такие мне больше всего нравятся), фарфора, керамики и любого другого материала, из которого можно сделать приличный сувенир. На улицах чешских городов то и дело попадаются рестораны и пивные (в Чехии это, кстати, исключительно приличное заведение), носящие имя бравого солдата. В Карловых Варах с видом на главную прогулочную улицу Швейк сидит за столиком перед рестораном своего имени и – поверьте – стул рядом с ним никогда не пустует. Клик-клик, то и дело щелкают затворы фотоаппаратов (чехов среди фотографирующихся, кстати, я ни разу не заметила). Швейк – пожалуй, самый узнаваемый (по меньшей мере, среди русскоговорящих) и самый продаваемый брэнд страны. Так можно ли сказать, что Швейк – это «чешское все»?

Все хотят быть богатыми и знаменитыми – а если не быть, то хотя бы казаться. Те, кому роскошь доступна, шопингуют в Пекине – чтобы их видели в процессе. Те, кому роскошь доступна, но есть свои «но», предпочитают шопинговать в Гонконге – там все то же самое дешевле, а если рассказать знакомым, что «съездил в Гонконг на распродажу в «Луис Вюиттон», знаете, там такие очереди…», то это еще и круто. Те, кому роскошь не доступна, покупают на рынках (есть такие специальные места) бумажные пакеты с логотипами известных брэндов. И гордо так везде с ними ходят – вдруг окружающие подумают, что был недавно в Гонконге на распродаже?

Азия - Европа, далее везде

Прощай, Китай. Двенадцать лет ты был моим домом – счастливым домом. Ты научил меня никогда не сдаваться, не бояться крутых поворотов и любить одиночное плавание. Благодаря тебе я узнала, что счастье живет внутри каждого из нас, но замечательно, когда есть с кем его разделить.

Об одиноких мужчинах замолвите слово

Это в нашей или какой-то европейской стране, если вам уже немного за 30, еще «есть надежда выйти замуж за принца», в Китае такая надежда призрачна. Потому что если вы женщина, старше 27-ми и живете в Поднебесной, вас безжалостно назовут «отбросами» и вычеркнут из списков людей, достойных личного счастья. Печально, но – правда. В утешение: мужчины-«отбросы» тоже имеются.