Письма отовсюду

Любимые книги

В пятницу 31 июля проходит удивительный праздник – День воспоминания любимых книжек. Любимые книги – это те, к которым мы возвращаемся несколько раз за жизнь, которые перечитываем и которые каждый раз будто новые. У вас таких много? Я пытаюсь понять, сколько у меня, и какие из прочитанного моря – любимые, запавшие в душу, которые хочется перечитывать, но даже если не перечитываешь, то все равно возвращаешься, носишь их с собой, в себе и продолжаешь разговаривать с героями, переживать за них, додумывать их истории. Таких никогда не бывает много. А у вас?

Особенные люди

Помните ли вы о том, что президент США, дольше других в истории занимавший этот пост (четыре раза, до того как было введено правило двух сроков), Франклин Делано Рузвельт был колясочником? Помните ли вы, что один из самых известных ученых нашего времени, физик теоретик Стивен Хокинг был прикованным к своему креслу инвалидом? Исследовательский центр аутизма Кэмбриджского университета говорит, что, вероятно, автор теории относительности Альберт Эйнштуйн был аутистом. Создатель телефона Александр Белл был болен дислексией, великий композитор Людвиг ван Бетховен к концу жизни оглох. На одно ухо был глух, а на другой плохо слышал знаменитый изобретатель Томас Эдисон, и этот список можно продолжать и продолжать… Дух сильнее тела, разве вы не знали? Я вспоминаю об этом всякий раз, когда трудно и опускаются руки. Особенные люди вдохновляют. Вас тоже?

Политическая некорректность

Как пройти путь от главной сказочницы столетия до ведьмы? Достаточно одного твита – изменились времена, технологии и нравы. Одно остается неизменным: несогласных расстреливают. Если не из ружей и пушек, то как минимум словами. Физически они, конечно, выживают, но не всегда поднимаются. Но Джоан Роулинг не из тех, кто сдается. В бурной дискуссии, частью которой стал ее твит,  каждый, как оказалось, должен определиться, на чьей он стороне. Ну, а «кто не с нами, тот против нас». Мир поделили на хороших и плохих. Но вчерашние «хорошие», ставшие сегодняшними «плохими», не сдаются. Сто пятьдесят интеллектуалов западного мира, среди которых Джоан Роулинг, Маргарет Этвуд, Салман Рушди, Фрэнсис Фукуяма, Фарид Закария, написали открытое письмо о корректности, терпимости и свободе мнений. «Слишком часто слышны призывы к скорой и суровой расправе за то, что кажется кому-то выходом за рамки допустимой свободы слова и мысли». Политическая корректность превратилась в вопиющую нетерпимость к чужому мнению. Лично мне это категорически не нравится.

Роскошь общения

С детства помню популярную фразу о том, что самая большая роскошь – это роскошь человеческого общения. Тогда лучшим подарком была книга, лучшим летом – поход с рюкзаком и еда на костре на берегу реки, роскошью – общение, а счастьем – когда тебя понимают. Так вот: мы были правы, эти ценности – и есть главные, и они возвращаются. Газета New York Times опубликовала большую статью Нелли Боулерз, которая утверждает: цифровизация, о тотальном приходе которой мы так много говорили, которой так ждали и которой так сильно радовались – для бедных. Богатые теперь – это те, кто ходит в настоящие, а не в интернет магазины, кто учит своих детей у живых преподавателей, а не на удаленных курсах и вебинарах, кто видит картины Леонардо да Винчи и Сальвадора Дали и скульптуры Микеланджело живьем, а не на виртуальной экскурсии, кто заказывает еду у живого официанта в настоящем кафе и ресторане, а не ждет курьера с пиццей с картинки. А что вы считаете сегодня роскошью?

Проклятие памяти

Томас Джефферсон был рабовладельцем. И «отцом» Конституции США, это ему принадлежит фраза «Все люди созданы равными». В Портленде, штат Орегон, памятник Джефферсону снесли, написав на  пьедестале: «Рабовладелец». Сейчас каждый делает свой выбор: так кем Томас Джефферсон был в большей степени – отцом Конституции или рабовладельцем? Можем ли мы судить исторических деятелей, исходя из ценностных и моральных установок исключительно сегодняшнего дня, не принимая во внимание ценности и мораль, существовавшие при их жизни? На самом деле в уничтожении памятников нет ничего нового, совсем ничего. И даже по-настоящему революционного ничего нет. Новая власть повсюду в мире и истории пытается стереть память о старой. В Древнем Риме было такое наказание – «проклятие памяти». Когда из советских фотографий вымарывались лица старых большевиков, которые еще Ленина помнили, но были репрессированы Сталиным – это проклятие памяти. Вся наша история состоит из таких проклятий – забывания и возвращения (иногда они все-таки возвращения) имен и лиц. И пока мы не научимся жить с той историей, которая нам досталась от предков, пока не научимся принимать ее без оценок сегодняшнего дня, не будет нам покоя. И памятникам покоя не будет.