Материалы с меткой: Германия

Мягкость не работает

Глава земельного ведомства Вены по охране конституции и борьбе с терроризмом Эрих Цветтлер отстранен от службы. Потому что борьбу с терактом, произошедшим в Вене и который, как выяснилось, можно было предотвратить, он провалил. Сначала Куйтима Фейзулу, пытавшегося примкнуть к «Исламскому государству» в Сирии, приговорили к 22 месяцам тюрьмы, но выпустили через девять по программе «гуманного отношения» к молодежи и потому, что он прошел курс по дерадикализации. Это было первой – возможно, фатальной – ошибкой. Он контактировал с людьми, за которыми наблюдало германское ведомство по охране конституции. Но информацию от германских коллег австрийские спецслужбы проигнорировали. Вторая ошибка. Третья заключается в том, что летом Куйтим пытался купить патроны в Словакии, о чем словаки предупредили коллег. Но те снова проигнорировали предупреждение. Так много ошибок – это преступная беспечность, преступная же халатность или злой умысел?

Оптимизм рынка против пессимизма обывателей

Новости о том, что испытания вакцины от COVID, которую разрабатывают компании Pfizer и BioNTech, прошли успешно, вызвало шторм на биржах мира: акции производителей и продавцов одежды, отелей и авиакомпаний пошли вверх, а вот акции компании Zoom (видеоконференции, ставшие популярными во время локдаунов) за один день потеряли 17% своей стоимости. Означает ли это, что скоро жизнь вернется в свое привычное русло?

Расти внутрь

Европа задумалась о стратегической автономии. Первой была Поднебесная: в 2015 году правительство объявило о стратегии «Сделано в Китае 2025», благодаря которой вы должны забыть ассоциацию «раз китайское, то дешевое и некачественное». На следующий год после объявления этой стратегии Дональд Трамп победил на президентских выборах в США с лозунгом «Америка в первую очередь». Как обычно, с некоторым опозданием, но наконец и ЕС выступил со схожей идеей, назвав ее «стратегической автономией». Во время пандемии коронавируса в Европе все громче заговорили о самодостаточности и необходимости развивать собственную промышленность. Это путь Трампа или путь Си?

Громкое эхо

На днях Бундестаг принял резолюцию о создании нового памятника жертвам Второй мировой войны. Не то чтобы таких памятников в Берлине не было – они есть, и их много. Самый, пожалуй, известный – мемориал жертвам Холокоста рядом с Бранденбургскими воротами. Его открыли в 2005 году, а через три года в центре Берлина возник мемориал гомосексуалистам – жертвам нацизма, в 2012-м – мемориал жертвам народов синти и рома, а еще через два года – мемориал жертвам эвтаназии в нацистской Германии. Многие тогда и сейчас говорили о том, что Берлину не хватает еще одного важнейшего мемориала – жертвам среди мирного населения СССР, Польши или – если брать шире – всей Восточной Европы. Он скоро появится. В резолюции Бундестага говорится о том, что будущий мемориальный центр в Берлине будет «местом исторического просвещения», в котором в «сравнительной европейской перспективе» следует разъяснять характер немецкой войны на уничтожение и информировать о том, «в какой мере и каким образом Вторая мировая война и по сей день остается очень важной отправной точкой в польской, белорусской или украинской культуре воспоминаний о прошлом». Но, опасаются историки, таким решением будут довольны не все.

По ту сторону «железного занавеса»

Я помню, как все начиналось. Сначала было любопытство: что с ними стало? «Они» – это бренды бывших стран социалистического, как мы тогда говорили, лагеря. Я подумала, что это будет хорошим проектом – разузнать, как сложилась судьба этих предприятий через десятилетия после революционного для Восточной и Центральной Европы 1989 года. Сначала я хотела назвать этот проект «Братья по лагерю» (и пусть каждый понимает, как хочет), но в итоге он получил название «Без железного занавеса». И проект оказался далеко не только про то, как сложилась в послереволюционное время судьба социалистических брендов. Он о переменах в гораздо более широком смысле – о переменах в сознании людей, об истории выживания и гибели не только предприятий, но и целых стран (потому как выжили не все). Это моя восьмая книга, и она кажется мне самой важной. Особенно сейчас. Сценарии жизни после революции бывают разными. И, как мне кажется, важно изучить опыт других. Тем более что многие политики и экономисты говорили мне: «Не допускайте наших ошибок». Но умеем ли мы учиться на чужих?