Материалы с меткой: Европа

Чешский ученый Ян Конвалинка, которому 57 лет, шутит в Твиттере: «Закрытые границы, пустые полки, закрытые магазины? Добро пожаловать в мое детство! Мы там были». Психологи констатируют: есть разница в том, как на эпидемию коронавируса реагируют представители разных поколений в разных регионах. Вот, к примеру, в Восточной Европе старшее поколение – то, которое успело пожить при социализме, но еще не доросло до группы риска – относится к ситуации спокойно, а в некоторых случаях даже с юмором. Тем временем в Европе Западной миллениалы, они же поколение Y (родившиеся с 1979 по 2000 год), не замедляются. Моя знакомая, живущая в США, радостно сообщает, что купила несколько очень дешевых билетов: уверена, что к лету все нормализуется, а у нее такой козырь в рукаве – лети куда хочешь, тебе везде будут рады. Это главное, что у нас всех сейчас есть, к какому бы поколению мы ни принадлежали – надежда, что скоро наша жизнь станет такой, как раньше.

«Мир на войне», – сказал бывший главный экономист МВФ Оливье Бланшар. И, похоже, он прав. Экономики переходят на осадное положение, многие предприятия закрываются или сокращают производство. Но есть и те, кто производства перепрофилируют: все для фронта, все для победы! В Ирландии крупнейшая компания производитель алкоголя заявила, что начинает производство антисептиков. Французская компания LVMH начинает производство дезинфицирующих гелей на своих парфюмерных линиях. Китайская компания Foxconn, которая в обычной жизни производит iPhone, начала выпускать медицинские маски. Испанская компания Inditex тоже будет производить маски. Маски сейчас шьют во многих европейских тюрьмах – Чехии, Болгарии, Литве. Нынешняя пандемия – конечно, огромный стресс для экономики. Но и неожиданная возможность проявить солидарность и испытать себя.

Экономика на карантине

Два главных вопроса волнуют сейчас европейских политиков и экономистов (но политиков больше): 1) как справиться с эпидемией коронавируса, 2) как спасти экономику. Как долго страны могут себе позволить находиться на карантине, с неработающими предприятиями и бизнесом? И чем готовы пожертвовать политики, чтобы люди, с одной стороны, были здоровы, а с другой, не утратили средств к существованию? Практика первых недель карантина в европейских странах свидетельствует: сохранить и то, и другое практически невозможно. Я спросила учительницу в Чехии и предпринимателя в Израиле о том, каковы их самые большие страхи сейчас.

Требуйте отстоя смысла

Не так давно британский сайт Business Financing задался целью узнать самые старые компании по всему миру, которые до сих пор занимаются тем же бизнесом, с которого начинали. Понятно, что таких не может быть много: говорят, что средняя жизнь бизнеса сократилась с 60 лет в 1960-е годы до 20 сейчас. Но тем интереснее узнать, какие выживают в исторических передрягах. Так вот чаще всего выживают пивоварни, винокурни и все остальное, связанное с едой и питьем – рестораны, например. По крайней мере, в Европе именно так. Беларусь, кстати, в этом исследовании тоже есть. Самой старой работающей у нас компанией назван тоже пивной завод – «Оливария», основанная в в1864 году.

Распространение коронавируса в Европе сделало то, чего даже миграционный кризис в 2015 году, не смог: закрыло границы. Европейская комиссия от бессилия закрыла внешнюю границу ЕС, но только после того, как государства-члены закрылись друг от друга. Каждый выживает в одиночку, забыв главное, для чего Европейский союз создавался. А создавался он потому, что вместе – сильнее. Но оказалось, что лозунги о солидарности хороши в период мирной жизни, но перестают быть актуальными в моменты кризиса. Поэтому возникает вопрос почти экзистенциальный: каким из этого кризиса, который рано или поздно закончится (лучше бы, конечно рано), выйдет ЕС – более сильным или ослабленным?