Высшая категория трудности

Год назад команда белорусских альпинистов впервые в истории подняла на вершину Монблана факел с огнем Вторых Европейских игр. То, что для меня, отправившейся с ребятами в горы, стало лучшим приключением в жизни, для них было работой – непростой (потому что любой поход в горы – непростое приключение), зачастую тяжелой (в начале мая все склоны были в снегу, это было зимнее восхождение), но благодарной, потому что ничто не может сравниться с тем чувством, когда ты стоишь на вершине с пылающим факелом и флагом твоей страны, зная, что никто до тебя такого не делал.

Monblan0539

Наша пятерка на вершине Монлана. Слева направо: Михаил Войтюк, Максим Винчевский, Михаил Макеенко, Александр Войтюк, Денис Жидков.

Monblan0684

Факел с огнем Вторых Европейских игр «Пламя мира» на вершине Монблана! Слева направо: Максим Винчевский, Михаил Макеенко, Михаил Войтюк, Александр Войтюк.

Это было уникальное достижение, которое оценил альпинистский мир: в ноябре 2019 года Российская федерация альпинизма присвоила маршруту, по которому наши ребята поднимали «Пламя мира» на Монблан, имя «Европейские игры в Минске». Классификатором РФА пользуются альпинисты всех республик бывшего СССР, да и для альпинистов всего мира он – весомый аргумент. Теперь мы там навсегда.  

Через год после восхождения на Монблан я поговорила с нашими альпинистами.  

– Сейчас мы вспоминаем то восхождение как сладкий, чудесный сон, –  говорит Михаил Войтюк из Бреста, и в его голосе чувствуется улыбка и гордость. А еще его слова звучат как-то непривычно… мягко, что ли. Братья Александр и Михаил Войтюки были самыми улыбчивыми членами нашей команды, особенно Саша, самый молодой из участников, он всегда улыбался. Посмотришь на него, и кажется, что все это – горы, снежная буря, когда они не спали всю ночь, подпирая спинами палатку, в которой хранилось «Пламя мира», лавины, громыхавшие где-то поблизости – так, забава, игра для взрослых или, наоборот, для не желающих взрослеть, мальчиков. Но на самом деле это все не так, и то восхождение (их было два, одно за другим, с коротким однодневным отдыхом) оказалось куда более трудным, чем думали вначале.   

– А почему как сон? – спрашиваю у Миши.

– Потому что никогда такого не было, а вот с нами произошло.

 Monblan0151

Восхождение на Монблан в 2019 году. Первым идет Михаил Войтюк.

Альпинисты говорят мало – то ли по горной привычке беречь силы и не сбивать дыхание, то ли из убежденности, что «настоящие мужики» малоразговорчивы. Из Миши Войтюка рассказ о свершениях нужно извлекать по слову. Вот, говорит, после Монблана летом вернулся в Италию с семьей – он, жена и трое детей. Кстати, когда мы ходили на Монблан, младшей дочке Вере и года не было. В альпинистских семьях это обычное дело: когда мы были на Монблане, младшему ребенку Дениса Жидкова было месяца три, а когда в январе этого года Максим Винчевский отправился в Патагонию, его второму ребенку и месяца не исполнилось. Они не умеют сопротивляться зову гор, и им чаще всего везет с женами – они понимают, отпускают и верят: мужья вернутся. Очень, конечно, волнуются, когда их нет рядом, но всегда верят: вернутся, вернутся, вернутся…

Дружная семья Войтюков так спланировала летний маршрут по Италии, чтобы отец семейства смог принять участие в знаменитом заплыве Oceanman на озере Лаго де Орта: 4.5 км в открытой воде. Но и это оказалось только подготовкой к главному для него восхождению прошлого года – на пик Ленина (7134 м). Между Михаилом Войтюком и титулом «Снежный барс» стояла только эта вершина. В нашей монбланской команде было два «Снежных барса» –  Владислав Каган и Денис Жидков. Этот титул учрежден в 1967 году и дается за покорение пяти высочайших вершин бывшего СССР. Миша на пик Ленина пытался подняться в 2012 году, тогда не получилось. А вот после Монблана – поднялся! И сейчас он «Снежный барс». Спрашиваю про эмоции. Глупости, конечно, спрашиваю: «Ну какие эмоции… Спустились позже запланированного, а потом все быстро, быстро… Представь: 21 августа спустились, а 23-го я уже был в Москве, на следующий день дома. Не успел ничего почувствовать». Но сейчас – да, очень рад. Хотя готов подписаться под словами Максима Винчевского, который любит повторять: «Мы ходим в горы не ради наград и званий». Конечно.

Когда мы уезжали с Монблана, Михаил Макеенко говорил, что вот вернется на родину – и сразу на операционный стол: нужно решать проблему с мениском. Сегодня отмахивается: так, вырезали кусочек, за полгода восстановился – и снова вверх. В конце января вместе с Максимом Винчевским и двумя друзьями из России Антоном Кульпиным и Евгением Муриным уехал в Патагонию: «Это же мечта любого альпиниста!». Восклицательный знак. Вся эта экспедиция и подъем на гору Серро-Торре, которая при своей объективно небольшой – 3102 метра – высоте считается одной из самых труднодостижимых вершин в мире, сплошной восклицательный знак.

SerraTorre2a

Максим Винчевский поднимается на Серра-Торре

SerraTorre3a

Максим Винчевский (слева) и Михаил Макеенко (справа) поднимаются на вершину Серра Торре, одну из самых сложных в мире для восхождения

Зимой (которая в Аргентине лето) в городке Эл Чалтен сидят сотни альпинистов и ждут погоды, хорошие «окна» выпадают редко, их используют по максимуму. «Там собирается весь бомонд – лучшие из лучших альпинистов в мире! Идешь в магазин за хлебушком, а навстречу тебе Алекс Хоннольд, сильнейший в мире солист (лазит без страховки). И таких там не счесть – обладатели, первовосходители и просто очень сильные ребята! Встретить своих кумиров вживую, пообщаться – это впечатляет! Понимаешь, что в жизни возможно все!», – отчет Михаила пестрит восклицательными знаками. Он точно знает, что «в жизни возможно все»: Максим Винчевский и Михаил Макеенко, пусть не с первой попытки («Все мы были немного подавлены неудачей»), но поднялись на Серро-Торре: «Мы это сделали! Вокруг неописуемая красота и ветер, сбивающий с ног».

SerraTorre4aSerraTorre5a

Михаил Макеенко (слева) и Максим Винчевский (справа) на вершине Серра Торре

Это маршрут высшей категории сложности – поздравления Максиму и Михаилу и всей Белорусской федерации альпинизма пришли из России, Казахстана, Кыргызстана и других стран и федераций. Когда я сегодня спрашиваю Михаила Макеенко о планах на летний сезон, он пожимает плечами: «Выбраться в горы. Хоть какие-нибудь». Смеюсь: высшую точку Беларуси (345 метров, если вы забыли) никто не закрывал. «Гор нет, а альпинизм есть», – любит повторять председатель Белорусской федерации альпинизма Александр Годлевский.

Когда Максим Винчевский и Михаил Макеенко возвращались из Буэнос-Айреса 14-часовым рейсом в Рим, знаете, кого они встретили на борту? Еще одного участника нашей экспедиции на Монблан, Вадима Фролова: «Встреча-судьба», – он и сегодня ей удивляется. Сам он возвращался из экспедиции на высочайшую вершину Южной Америки – гору Аконкагуа. Вадим участвует в программе «Семь вершин семь континентов» и поднялся на пять из семи. «Подъем на Аконкагуа – очень хорошая акклиматизация для восхождения на Эверест», – говорил Александр Годлевский в самом начале марта. Через несколько дней Вадим Фролов подтвердил: принял решение идти на Эверест в честь 75-летия Победы, хотел поднять там Знамя Победы. Не сложилось: Китай и Непал из-за эпидемии коронавируса запретили восхождения. Вадим настроен решительно и говорит, что в следующем апреле, если все сложится, все-таки попробует подняться на Эверест.

Из-за эпидемии отменилась экспедиция в Пакистан и восхождение на восьмитысячник, которую готовили Денис Жидков, Александр и Михаил Войтюки. Список того, что пришлось отменить, можно множить, но не хочется: ребята ждут летнего сезона в надежде уехать в горы – «хоть какие-нибудь», как сказал Миша Макеенко. Врач команды Артем Барбулат, работающий анестезиологом-реаниматологом в РНПЦ трансплантологии, на большие горы не рассчитывает (работа не отпускает), но все же надеется.

Monblan0204

Вся команда в сборе. Еще минута – и ребята пойдут наверх, к вершине Монблана, а я отправлюсь вниз – ждать от них известий. Слева направо: Артем Барбулат, Михаил Войтюк, Александр Войтюк, Максим Винчевский, Александр Годлевский, Михаил Макеенко, Инесса Плескачевская, Вадим Фролов, Владислав Каган, Денис Жидков, Виктор Лутов.

Год назад на Монблане я изводила ребят вопросом: зачем вы ходите в горы, зачем рискуете? Они пожимали плечами: ты что, правда не понимаешь? Правда. Но сейчас, кажется, я поняла. Когда, разглядывая прошлогодние фотографии с Монблана, испытала такую тоску, какой не знала, кажется, никогда. Только одна мысль бьется в висок: туда, туда, хочу вернуться в горы. Вот поэтому они и ходят. Не «зачем», а «потому что». Потому что есть на Земле горы, на которых они еще не бывали, и потому, что могут. Молодые, крепкие, сильные, они могут туда подняться, могут посмотреть на мир с новой высоты, набрать в легкие этот морозный – жгущий, жгучий, острый – воздух и крикнуть: «Я живой!». И это – счастье.

Фото: Михаил Пеньевской, Денис Жидков, из личного архива Михаила Макеенко

Опубликовано 13.05.2020 в газете «СБ. Беларусь сегодня» (www.sb.by)



Комментариев (0)

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.