Польша выбрала путь

Действующему президенту Польши Анджею Дуде удалось переизбраться на второй срок, но вряд ли удастся стать президентом всех поляков. Разница в голосах, отданных за Дуду и его соперника Рафала Тшасковского, представителя оппозиционной «Гражданской платформы», так мала, что тянет на статистическую погрешность: 51.21% за Дуду и 48.79% за Тшасковского. Партия «Право и справедливость» (ПиС) празднует победу: несмотря на то, что формально Дуда беспартийный, все помнят, в какой партии он состоял до избрания на пост президента, и все знают, волю какой партии выполняет, находясь на этом посту.

До парламентских выборов три года, и ПиС потратит их на то, чтобы консолидировать власть и завершить реформу судебной системы, за которую ее жестко критикуют в Брюсселе. Из-за этой реформы Европейская комиссия четырежды подавала жалобы на Польшу в Европейский суд. Но Польша реформы продолжает. У нее есть серьезный аргумент: поддержка США. Польшу часто называют «самой проамериканской» страной ЕС, и это заслуженная репутация. В нынешней избирательной кампании президент США Дональд Трамп играл на стороне Дуды: накануне первого тура принял его в Белом доме, а накануне второго заявил, что часть войск, которые США выведут к осени из Германии, отправятся в места, которые «этого заслуживают». Да, Польша именно такое место: президент Дуда давно приглашает американцев создать здесь военную базу и даже название придумал ей подходящее – «Форт Трамп».

Прошедшие выборы были в том числе о выборе пути, по которому Польша будет идти в ближайшие как минимум три (до парламентских), а то и пять (до следующих президентских выборов) лет. При Анджее Дуде политика останется проамериканской и дрейфующей в сторону авторитаризма – такой, какой и была. Если бы на выборах победил Рафал Тшасковский, Польша, вероятно, развернулась бы в сторону Европейского союза. Потому что, согласно Конституции, президент определяет внешнюю политику – это одна из очень немногих сфер его ответственности.

Потому как в Польше президент – фигура, скорее, церемониальная. Но накал схватки между консерваторами (Дуда) и либералами (Тшасковский) подтверждает: не в одном моральном авторитете дело. Если президент наложит вето на какой-либо законопроект, у ПиС не хватит голосов в парламенте, чтобы его преодолеть. Поэтому Ярославу Качиньскому – а именно он принимает основные решения в партии, а, значит, в парламенте, а, значит, и в стране – так важно иметь «своего» президента: за пять лет Дуда только один раз воспользовался правом вето, а во всех остальных случаях дисциплинированно подписывал законы, которые принимала ПиС.

Тшасковский делал ставку на сплочение расколотого общества, позиционируя себя как «президента всех поляков». И был очень близок к тому, чтобы победить. Явка на второй тур была близкой к рекорду: 67.9%. Больше (68.23%) была только во втором туре президентских выборов в 1995 году, когда соперничали Лех Валенса и Александр Квасьневский. Тогда действующий президент Валенса проиграл, сейчас Дуде удалось удержаться – за счет жителей деревень, средних и малых городов и активных прихожан католической церкви. Но сможет ли он стать президентом всех поляков? Правильнее сформулировать вопрос иначе: а будет ли он к этому стремиться? Разногласия между различными слоями общества велики, и, кажется, ни сам Дуда, ни его наставник Качиньский не стремятся к тому, чтобы их сгладить. Им это сейчас и не нужно: пусть и не убедительно, но они победили.

Опубликовано 14.07.2020 в газете «СБ. Беларусь сегодня» (www.sb.by)



Комментариев (0)

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.