Мягкость не работает

Эммануэль Макрон и Себастьян Курц говорят: жестче надо, ребята, мягкость не работает. Не в этом случае.  

Президент Франции и канцлер Австрии собрали большую видеоконференцию, вопрос один: как бороться с исламизмом и терроризмом, как предотвратить новые теракты?

MacronKurtzFightingTerror

В последние недели Францию и Австрию сотрясли теракты: сначала 18-летний чеченец Абдуллах обезглавил преподавателя Самюэля Пати за то, что тот показал карикатуры на пророка Мохаммеда. (Кстати, все подчеркивают, что Абдуллах родился в Чечне, что правда, но с шести лет он рос во Франции, и радикальным исламистом стал именно здесь). Через несколько дней мужчина (мигрант из Туниса, нелегально приплывший в Европу и сумевший здесь остаться) зарезал в католическом храме в Ницце троих и ранил шесть человек. Ну, и последний по времени теракт произошел в Вене, где 20-летний обладатель двойного гражданства – Австрии и Северной Македонии – устроил стрельбу, убив четверых и ранив более 20 человек. И если для Франции такие теракты стали печальной обыденностью – с 2015 года, после атаки на журнал Charlie Hebdo, от рук террористов здесь погибли 270 человек, – для Австрии это чрезвычайное событие.

Глава земельного ведомства Вены по охране конституции и борьбе с терроризмом Эрих Цветтлер отстранен от службы. Потому что борьбу с терактом, который, как выясняется, можно было предотвратить, он провалил. Сначала Куйтима Фейзулу (по горячим следам думали, что стрелков было несколько, но оказалось, что это дело рук одного человека), пытавшегося примкнуть к «Исламскому государству» в Сирии, приговорили к 22 месяцам тюрьмы, но выпустили через девять по программе «гуманного отношения» к молодежи и потому, что он прошел курс по дерадикализации. Это было первой – возможно, фатальной – ошибкой. Он контактировал с людьми, за которыми наблюдало германское ведомство по охране конституции. Но информацию от германских коллег австрийские спецслужбы проигнорировали. Вторая ошибка. Третья заключается в том, что летом Куйтим пытался купить патроны в Словакии, о чем словаки предупредили коллег. Но те снова проигнорировали предупреждение. Так много ошибок – это преступная беспечность, преступная же халатность или злой умысел? Министерство внутренних дел Австрии отказывается комментировать информацию о том, что контртеррористическая операция «Рамсес», во время которой планировались рейды по домам знакомых Куйтима, должна была начаться в 3.00 во вторник 3 ноября. Он, напомню, совершил теракт в 20.00 в понедельник 2 ноября. Потому что, ходят слухи, переводчик сообщил об операции «кому надо».

Что дальше? По распоряжению правительства Австрии в Вене закрыты две мечети, распространявшие идеи радикального исламизма (т.е. об этом знали и раньше). Президент Макрон намерен запретить проповедовать во Франции тем имамам, которые обучались за рубежом. Канцлер Австрии призывает ограничить свободу для исламистов, возвращающихся из районов боевых действий.

Почему так активны именно Макрон и Курц? Они – новое поколение европейских лидеров, которые хотят выглядеть – а, возможно, не только выглядеть – жесткими. У Макрона через полтора года выборы, и если в условиях непрекращающихся во Франции терактов (270 человек за пять лет, вы помните?) он проявит мягкость, Марин Ле Пен может не только выйти во второй тур, но и победить в нем. Макрону нужно быть правее (во всех смыслах). Курц же всегда был достаточно тверд в том, что касалось миграции, в этом его позиция куда ближе к позиции Вышеградской четверки – Венгрия, Польша, Словакия, Чехия, –  чем к мнению Брюсселя. К тому же Курц помнит, что в конце следующего года мамаша (ой, извините, канцлерин) Меркель уходит в отставку. Кто вместо нее станет лидером правоцентристской Европейской народной партии? Почему бы не Курц?

Так что это тенденция: чтобы выигрывать выборы, европейские политики становятся правее и жестче. И, как ни парадоксально, радикальный исламизм играет им на руку.

Опубликовано в «Народной газете» (www.sb.by/ng)



Комментариев (0)

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.