До последней селедки

«Это хорошие новости из Брюсселя – а теперь переходим к брюссельской капусте», – так премьер-министр Великобритании Борис Джонсон закончил обращение к соотечественникам за несколько часов до Рождества. Все выдохнули: соглашение подписано. Стороны бились долго (хотя накануне голосования за выход из ЕС британцев убеждали в том, что «это будет самое легкое торговое соглашение в истории»), несколько раз казалось, что договориться не удастся, пугали транспортным коллапсом, самолетами спешно завозили продукты и лекарства, опасаясь перебоев с поставками и очередей на переправах через Ла-Манш, более известный в Великобритании как Английский канал. Очереди на переправах действительно есть, но связаны они с обнаруженным на острове новым штаммом коронавируса, из-за которого европейцы британцам сегодня не рады. Ну, с радостью в Европе, да и не только в ней, в этом году вообще сложно.

«Это был длительный и тернистый путь, – сказала президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен. – Однако результат – хороший. Это справедливая, сбалансированная сделка, и правильный и ответственный шаг для обеих сторон». Фон дер Ляйен призналась, что на переговорах ЕС выступал с позиции силы, поскольку Брексит без торгового соглашения сильнее ударил бы по Великобритании, чем по Евросоюзу. Если бы в Лондоне решились выйти без соглашения, пошлины и другие торговые барьеры возникли бы уже 1 января. А поскольку на ЕС приходится половина внешней торговли Великобритании, и она на две трети зависит от поставок продовольствия с континента (именно поэтому торговые сети заполняли свои склады), то сила была действительно на стороне ЕС. Но не стоит обольщаться: пошлины и барьеры могут появиться и при наличии соглашения, но важно, что не прямо сейчас, а в будущем, и только в том случае, если ЕС и Британия нарушат согласованные правила конкуренции. Как бы там ни было, 1 января между Великобританией и ЕС появится таможенная граница со всей сопутствующей бюрократией и расходами на нее.

«Мы заключили первое в истории торговое соглашение с ЕС, основанное на принципе отсутствия тарифов и квот. Мы вернули себе контроль над нашими деньгами, границами, законами, торговлей и нашими рыболовными водами», –  Борис Джонсон знает, как порадовать соотечественников. Но умалчивает о том, что независимое государственное Управление бюджетной ответственности недавно провело исследование, предсказавшее четырехпроцентное сокращение ВВП в результате Брексита, на более чем 100 млрд. фунтов в год. Для экономики в 2.6 млрд. фунтов это не самая страшная потеря, но без соглашения убытки были бы выше.

Именно поэтому в последние 48 часов переговоров Лондон пошел на существенные уступки, в том числе в вопросе о распределении квот на вылов рыбы в своей исключительной экономической зоне, а это был самый острый (после границы между Ирландией и Северной Ирландией) вопрос. В итоге согласились на введение переходного периода: в течение пяти с половиной лет рыбаки из стран ЕС по-прежнему смогут ловить рыбу в британских водах, но объемы промысла будут меньше, чем до сих пор: и нашим, и вашим.

Британцы теряют право свободного перемещения по ЕС, их возможности работать в Европе будут ограничены. Лондон потеряет доступ к системе спутниковой навигации Galileo и выходит из программы студенческого обмена Erasmus.

Проблемы сотрудничества в сфере внешней политики и безопасности в соглашении вообще не прописаны, «поскольку Великобритания не захотела вести переговоры по этому вопросу», отметили в Еврокомиссии.

Борис Джонсон и сторонники Брексита радуются тому, что 1 января их страна проснется свободным независимым государством, противники же Брексита говорят, что теперь они «просто остров». Время покажет, кто из них прав.

Опубликовано 29.12.2020 в газете «СБ. Беларусь сегодня» (www.sb.by)



Комментариев (0)

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.