Новости и мнения

Будущее без Меркель

Помню, как много лет назад знакомый ирландский дипломат со смехом рассказывал, как малолетний сынишка спросил его: «Папа, а мужчины могут быть президентами?». В то время шла предвыборная кампания, и было очевидно, что бывшую восемь лет на президентском посту Мэри Робинс сменит другая Мэри – Мак-Кэлис. Сын дипломата не знал иных президентов, кроме женщин, так что папа утешал может, может мужчина быть президентом! А теперь уже и в Германии выросло поколение немцев, которые знают только одного канцлера – Ангелу Меркель, руководящую страной с ноября 2005 года. Ей хотелось, чтобы и дальше во главе партии и страны оставалась женщина – Аннегрет Крамп-Карренбауэр. Но она не справилась, и теперь мы знаем имя нового председателя ХДС: им стал премьер-министр земли Северный Рейн-Вестфалия Армин Лашет. Означает ли это, что он сменит Меркель на посту канцлера? Нет, не означает.

Среди неожиданных побочных эффектов пандемии коронавируса – усиление сепаратистских настроений в Шотландии. О независимости от Великобритании здесь говорят все чаще, призывы к новому референдуму звучат все громче.  

Искусство жизни начинается с оптимизма. Никто не обещал, что 2021-й будет лучше, но мы теперь загадываем лишь на один шаг вперед. Не смешить Бога и не строить планов – то, чему нас научил ушедший (спасибо, что ушел!) год. Мы научимся с этой пандемией жить и, возможно, начнем смотреть на произошедшее менее эмоционально. И тогда мы увидим, что даже в самых пострадавших от коронавируса регионах мира смертность в сравнении со стандартными цифрами выросла максимум на треть. Это не утешит тех, кто потерял дорогих людей (я знаю, я тоже потеряла), но даже если официальная статистика заметила лишь пятую часть заболевших, их все равно не больше 5–6% населения планеты. Экономические потери от пандемии весьма заметны, но на самом деле вряд ли превышают 1% мирового ВВП. Так что все же это не катастрофа, хотя сейчас мы видим ее именно такой. С новой надеждой вас, друзья!

До последней селедки

«Это хорошие новости из Брюсселя – а теперь переходим к брюссельской капусте», – так премьер-министр Великобритании Борис Джонсон закончил обращение к соотечественникам за несколько часов до Рождества: торговое соглашение об условиях Брексита подписано. Стороны бились долго, несколько раз казалось, что договориться не удастся, пугали транспортным коллапсом, самолетами спешно завозили продукты и лекарства, опасаясь перебоев с поставками и очередей на переправах. Так что Великобритания обрела? Джонсон и сторонники Брексита говорят, что 1 января их страна проснется свободным независимым государством, противники утверждают, что теперь они «просто остров». Кто прав?

В этот удивительный (не подумайте чего хорошего) год множество событий описывается словом «беспрецедентный». И правильно описывается. Падение мирового товарооборота тоже было беспрецендентным. И даже закупки защитных масок и СИЗов многостороннюю торговлю не спасли. Глобальная пандемия оказалась вторым кризисом, с которым в этом столетии столкнулась Всемирная торговая организация (ВТО), еще не успев до конца преодолеть последствия финансового кризиса 2008 года. Подавляющая часть мировой торговли осуществляется по правилам ВТО, и это одна из причин, почему при всей критике этой организации – а критикуют ее много и охотно, – никто ее не покидает. Однако необходимость реформ очевидна: организация, созданная в 1993 году, отстает от времени.