Новости и мнения

Прозрачные секреты их рекордов

Не так давно коллеги из Минска попросили меня разузнать секреты китайских спортсменов – как им удается завоевывать столько медалей на Олимпиадах? Задача оказалась неожиданно практически невыполнимой. Поговорить с китайскими спортивными чиновниками не удалось, к тренировкам нас и близко не подпустили. Последний (и лишь второй) раз мы были на тренировке перед Олимпиадой в Пекине – четыре года назад. Пустили нас туда исключительно из уважения – сборную по художественной в тот момент тренировала белоруска Елена Гнездицкая. За четыре года до этого, перед Олимпиадой в Афинах, мы побывали на тренировке женской сборной по спортивной гимнастике – после почти трех недель переговоров нам сказали: «Да, когда-то белоруски были серьезными соперницами, но теперь уже нет». Это показательно: журналистов из по-настоящему соперничающих стран не пустили бы.

Китайцы меняются

Китайцы меняются – недавно проведенное социологическое исследование выявило, что они стали более эгоистичными, менее честными, среди них стало больше пессимистов, они не слишком доверяют другим и практически разучились рисковать. Страна, всегда выживавшая коммунами, и знаменитый предпринимательский дух, основанный и на способности к риску в том числе, остаются в прошлом. Но почему? Причина, говорят специалисты, в политике ограничения рождаемости, которая создает «маленьких императоров» – зацикленных на себе и собственных переживаниях, не привыкших жить в коллективе и уже почти неспособных бороться за свое место под солнцем. Что страна может потерять?

Мухи и тигры в одной клетке

Неожиданным бестселлером в Китае стал труд французского мыслителя Алексиса де Токвилля, написанный в далеком 1856 году – «Старый режим и революция». Настоятельная рекомендация читать эту книгу пришла с самого верха, сегодня, говорят чиновники, очень важно понять причины французской революции – а случилась она от того, что народ перестал верить и доверять власти. «Говорило же правительство взбунтовавшемуся народу, – вдохновенно говорит один чиновник, – что нет в Бастилии политзаключенных, а народ правительству уже категорически не верил. Бастилию захватили, политзаключенных там действительно не оказалось, но революцию уже было не остановить». Китайцы с большим удивлением обнаруживают множество параллелей.

Ловушка для бюрократа

Сластолюбие – грех. Удовлетворенное сластолюбие государственных мужей – чаще всего, коррупция. Самое сексуальное в мужчине – власть (как иначе можно объяснить безумие немецких женщин, мечтавших родить ребенка от Гитлера?). И мозги. И деньги, конечно. Все остальное – вторично. Обладающие властью мужчины могут обладать большим (а иногда и любым) количеством женщин – чаще всего женщины сами к этому стремятся, привлеченные обаянием должностей. В Китае, с недавних пор ведущем непримиримую (по крайней мере, так здесь заявляют) борьбу с коррупцией, это обнаружили с большим неудовольствием. Страну чуть не каждый день сотрясают секс-скандалы – ну кто мог подумать, что некоторые члены партии в быту настолько не скромны?

Все рифмуется только с любовью

Чтобы встретиться с человеком-легендой, поводы не нужны. Но для встречи с Гао Маном – знаменитым переводчиком с русского на китайский, который переводил, кажется, все – от "Песни о Сталине" до "Реквиема" Анны Ахматовой – есть и повод: 100-летие белорусского классика Максима Танка.