Главная

«Кароши» – это плохо

Олимпиада – не единственная проблема в Японии сегодня. Да, самая сейчас заметная остальному миру (какая потеря лица, как неудобно), но далеко не единственная. Вот многолетнее снижение рождаемости – это да, это действительно проблема. Связанное с ним старение население – еще какая проблема. Застойная экономика – тоже, но она застаивается так давно, что к этому как будто привыкли, в каком-то смысле смирились и даже научились жить. Но не все. В удивительной стране Японии все умеют работать, но не все умеют жить: местные научились так хорошо работать, что зачастую на жизнь ни времени, ни сил не остается. От переутомления умирают, даже термин для этого специальный придумали – «кароши» (кароси). Правительство думало, думало и в новых экономических рекомендациях выдало: советуем сократить рабочую неделю с пяти до четырех дней. Потому что, кажется правительству, если у граждан будет больше свободного времени, это может а) увеличить рождаемость и б) увеличить личные расходы.

Космос для всех. Похоже, времена, когда мы говорили «здоровье, как у космонавта», прошли. Впервые за 11 лет Европейское космическое агентство проводит набор астронавтов и с удивлением констатирует: кроме огромного количества заявлений вообще (на 4-6 мест получено 22600 заявок), значительно выросло число заявок от женщин, и получено 257 анкет от людей с ограниченными возможностями. «Заправлены в планшеты космические карты».

Старость не радость, а дети в тягость

В Италии закрывают родильные отделения. На северо-востоке Китая пустеют города. Университетам Южной Кореи не хватает студентов, а в германской глубинке сносят тысячи домов. Нет, это не изображения будущего Апокалипсиса – это реальность. Несмотря на то, что в мире еще есть страны (в основном в Африке), в которых население растет, почти везде коэффициент рождаемости падает. Демографы предсказывают, что во второй половине этого столетия впервые в истории человечество начнет сокращаться, а к концу столетия в Нигерии будет больше людей, чем в Китае. Поднебесная бьет в набат и после долгих ограничений призывает своих граждан активнее рожать – теперь можно иметь трех детей в семье. Но время упущено, и этот призыв останется не услышанным. Почему?

Бежать или лежать?

Из всех мифов, которые существуют о Китае, самый распространенный – о трудолюбии. Многие из нас свято верят, что каждый китаец рождается трудолюбивым, как муравей. И как муравей готов работать с утра до ночи. Мой опыт жизни в Китае говорит: все не так, ребята. И среди нас есть много людей, готовых трудиться с утра до ночи ради дела, которое мы любим, и среди китайцев есть такие, кто работать не любит и не хочет. Когда мы говорим о китайском трудолюбии, то никогда не должны забывать, что в большинстве случаев оно вынужденное: у нас есть место под солнцем, а в Китае его очень мало. Поэтому за каждое комфортное место нужно биться – и в прямом смысле тоже.  Китайцы называют это «крысиной гонкой». Но пока «крысы» мечутся по метро, эскалаторам и лифтам в стремлении опередить соседа, возникло в Китае новое, не для всех понятное, а для некоторых так даже и неприятное, движение, название которого можно перевести как «лежать плашмя». Да, это именно то, о чем вы подумали: когда человек добровольно выбывает из «крысиной гонки». Так что лучше – бежать или лежать?

Когда я слышу про вывод войск из Афганистана, не могу избавиться от ощущения дежавю, мысли, что история ничему не учит, и не перестаю убеждаться в том, что нельзя победить народ, воюющий на своей земле, особенно когда земли меньше, чем гор. Спустя почти 20 лет после начала военной операции в Афганистане США выводят свои войска. Советский «ограниченный контингент» воевал там 10 лет, но с тем же результатом: победить в чужой стране невозможно, даже если временами это выглядит как победа.

Тени в доме

Вот скажешь: «Анна Андреевна», и все любящие литературу поймут: Ахматова. Стихами можно сказать все, хотя они кажутся субстанцией эфемерной, невесомой – да полноте, субстанция ли это? Скорее – вздох, вдох, дыхание, движение, полет. О любви, о жирафе на озере Чад… Но когда Анну Ахматову в тюремных очередях, в которых она стояла с сотнями других женщин, чтобы передать передачу сыну, одна из них спросила: «Вы сможете это описать?», Анна Андреевна кивнула: «Смогу». Так родился «Реквием». Где самое надежное хранилище для стихов опального поэта? В памяти его друзей – преданных настолько, что не предадут. Когда Ахматова писала свой «Реквием» про то, что она «была тогда с моим народом, там, где мой народ, к несчастью, был», то доверяла его памяти ближайших друзей. Писала на бумаге, они учили, а когда запоминали, бумагу сжигали. Вот на столе в ее комнате та самая пепельница, в которой горели стихи. Рукописи горят, память – нет.

Расплата за прошлое

Первым геноцидом ХХ века называли истребление африканских племен гереро и нама в 1904-1908 годах. Там были и массовые убийства, и концлагеря, и изъятие у коренного населения земель. Сейчас территории, где это происходило – Намибия, но тогда это была Германская Юго-Западная Африка. По оценкам историков, погибли от 65 до 80 тысяч гереро и около 20 тысяч нама. «Принимая во внимание историческую и моральную ответственность Германии, мы просим Намибию и потомков жертв о прощении», – заявил министр иностранных дел Хайко Маас. Он подчеркнул, что отныне его страна официально будет называть массовые убийства в 1904-1908 годах в Намибии геноцидом.И выплатит компенсации.

Звезды сходятся в Большом

Аполлон и «железный человек» на одной сцене? Да, завтра, на  гала-концерте, завершающем фестиваль «Балетное лето в Большом», на одной сцене окажутся Денис Климук, с которого лепили статую Аполлона, украшающую фронтон нашего театра, и Олег Габышев, ведущий солист Театра Бориса Эйфмана, бегающий марафоны и занимающий призовые места на соревнованиях по триатлону. С ними, а также женой Дениса и партнершей Олега Любовью Андреевой я встретилась в Санкт-Петербурге.