Главная

Ангела против Греты

Германия – впереди планеты всей, а Ангела Меркель принимает решения не в последнюю очередь под влиянием Греты Тунберг. Правительство страны достигло соглашения с угольной и энергетической отраслью: к 2038 году в Германии не останется электростанций, использующих уголь. Министр экологии Свенья Шульце не скрывает гордости: «Мы – первая страна, которая отказывается от ядерной и угольной энергии, и это важный международный сигнал, который мы посылаем». Грета Тунберг, которая недавно критиковала немецкие поезда за переполненность, сейчас, наверное, радуется: ее снова услышали. Другой вопрос – радуются ли немецкие угольные компании?

Хиджаб раздора

В 2013 году выросшая в Нью-Йорке бангладешская мусульманка Назма Кхан выступила с инициативой объявить 1 февраля Всемирным днем хиджаба. Сегодня этот день отмечают в 146 странах мира. В этом году он прошел под девизом «Единство в многообразии». Женщины других конфессий в этот день примеряют хиджабы и записывают видео. Кто в поддержку мусульманок (как показывают опросы, 71% женщин, носящих хиджаб, ощущали дискриминацию), кто в поддержку женщин, независимо от того, какую религию они исповедуют. Назме Кхан может быть счастлива: своей инициативой она всколыхнула мир. Но и породила волну критики. Сестры по вере критикуют ее за то, что своей инициативой она многих вводит в заблуждение: мол, люди будут думать, что носить или не носить хиджаб – вопрос выбора. Но это далеко не всегда так, поэтому в 2018 году канадская активистка Ясмин Мохаммед начала кампанию «День без хиджаба» в честь «смелых женщин по всему миру, которые хотят быть свободными». К какой из этих кампаний присоединились бы вы?

Только без паники

Все сравнивают нынешнюю эпидемию коронавируса из китайского Уханя с эпидемией атипичной пневмонии (SARS), которая была в 2003 году, когда я жила в Пекине. Начались одинаково: с рынков, где торгуют мясом диких животных. Да, в Китае едят это мясо – птиц, змей, вивер и много кого еще: традиции. Не обсуждаю, не осуждаю, не ем. Но второй раз на те же грабли – факт, и печальный. Что еще объединяет две эпидемии? То, что пневмония как осложнение развивается стремительно, и человек умирает именно от нее, а не от самого вируса, который по симптомам от гриппа не отличишь. Главное различие – в реакции властей: тогда скрывали, сейчас действуют быстро, жестко, к середине февраля поймем, насколько эффективно. А вот за пределами Китая паникуют. Оказалось, что в некоторых случаях внутри эпидемии спокойнее, даже если и опаснее.

Независимая Шотландия

Идеи независимости в Шотландии никогда не умирали. Помните последние кадры фильма «Храброе сердце» и вопль Уильяма Уоллеса/Мела Гибсона: «Свобода!»? Это как раз об этом. Шотландия стала частью Великобритании с исторической точки зрения не так давно – в 1707 году. Здесь, например, королева Елизавета никакая не Вторая, а самая что ни на есть Первая. Станет ли требующая референдума о независимости Шотландия второй Каталонией? Нет. И вот почему.

Счастливая старость по-китайски

Сегодня – первый день нового года по лунному календарю. Китайская традиция говорит: встречать праздник нужно с семьей, даже если она разбросана по всем просторам Поднебесной. Но темп жизни растет, традиции меняются. Не так давно Китай удивил сам себя, разработав государственный стандарт для домов престарелых. Как и гостиницы, они разделены на пять уровней, как и в  гостиницах, самый высокий разряд – пятый. Раз в три года специальная комиссия заведения будет проверять на соответствие «звездам». Это ведь прекрасно, не так ли? Не так. Когда я жила в Китае, несколько раз бывала в другой модели жизни для людей преклонного возраста. Строится обнесенный стеной жилой комплекс, в котором есть общая столовая и большой зал, процедурные кабинеты и медперсонал. И живут старики вместе, встречаясь в столовой, стараясь избегать процедурной, поют, танцуют и играют в го. Это ведь прекрасно, не так ли? Не так. Как-то была я на экскурсии в чудесном немецком городке Бамберг, там возле собора стоит дом престарелых – большой, красивый, светлый и престижный. Для того, чтобы туда попасть, люди записываются за несколько лет вперед. Стоит это дорого, зато ужин по ресторанному меню, вечерние платья, концерты и экскурсии с музеями. Это ведь прекрасно, не так ли? Именно так. Почему дом престарелых в Бамберге – прекрасно, а в Китае – нет? Сейчас расскажу.

Скандал в монаршем семействе

«Мы не пашем, не сеем, не строим, мы гордимся общественным строем», – это практически про любую монархию, а не только про тех, о ком вы сейчас подумали. В британском монаршем семействе скандал: герцоги Сассекские (более известные как принц Гарри и Меган Маркл) устали, они уходят. Их теперь даже не будут называть «королевскими высочествами», хотя принцем Гарри, без сомнения, останется принцем. Не выдержали нагрузок королевской жизни – бывает. Не они первые, между прочим. От титулов и финансирования отказывались и уходили на «вольные хлеба» члены королевских семей в Нидерландах, Швеции и Норвегии, и даже в Таиланде и Японии. И что здесь такого? В конце концов, они такие же люди, как и мы. О скандалах в монарших семействах.

Городская вольница

То, что столицы и большие города, как правило, либеральнее провинций в любой стране – факт. Но вот то, что одни части страны не соглашаются с политикой центра и пытаются идти своим путем – тенденция почти новая. Мэры Братиславы, Будапешта, Варшавы и Праги объединились и подписали «Пакт свободных городов». Все четыре столичных руководителя имеют репутацию молодых (старшему нет и 50), прогрессивных и либеральных, которых объединяет общее видение современного европейского города: он должен быть открытым, толерантным и экологичным. И чтобы их города такими оставались, мэры намерены сообща договариваться в Брюсселе о дополнительной финансовой поддержке. Почему именно в Брюсселе? Потому что с родными правительствами, которым мэры во многих случаях, как кость в горле, договориться сложнее. А Брюссель как будто и не против. Почему?

Помните, Маргарет Тэтчер называли «Железной леди»? И было в этом прозвище уважение – к ней, партии и тем идеям, которые Тэтчер вместе с партией отстаивали. Бориса Джонсона называют БоДжо (BoJo). Вам приходит на ум что-то серьезное или идейное в этой связи? Британцам тоже не приходит. Эммануэля Макрона называют Ману (Manu), канцлера Австрии Себастьяна Курца – Басти (Basti), лидера итальянской «Лиги», рвущегося обратно в правительство, Маттео Сальвинии – Капитаном (Il Capitano). Личный бренд теперь важнее партийной программы, а партии стали штабами конкретного человека, под которого выстраивается партийная система и иерархия. Политики сегодня стали вроде звезд шоу-бизнеса. Теперь важнее не отстаивать свою точку зрения, а следить за рейтингами и колебаниями общественного мнения: куда дует ветер людского настроения, туда идет и политик. Ну, и фотогеничное лицо в помощь, конечно. И Ангела Меркель, между прочим, не исключение.