Без железного занавеса

Заглавные буквы истории

6 ноября в Минске открывается международный кинофестиваль «Лiстапад», на котором будут представлены почти 120 картин из 50 стран. В конкурсе игровых фильмов будет участвовать фильм румынского режиссера Раду Жуде «Заглавными буквами». Я встречалась с ним в Бухаресте, когда собирала материалы для своей книги «Без железного занавеса». Его предыдущий фильм «Мне плевать, если мы войдем в историю как варвары» получил Гран-при «Лiстапада-2018», но многим в Румынии не понравился. Раду Жуде признался, что был к этому готов. Его не понимают даже в собственной семье, но он продолжает снимать об исторической забывчивости и переосмыслении прошлого. Снимает о Румынии, но получается обо всех нас. Фильм «Заглавными буквами» – о борьбе с диктатурой Чаушеску.

По ту сторону «железного занавеса»

Я помню, как все начиналось. Сначала было любопытство: что с ними стало? «Они» – это бренды бывших стран социалистического, как мы тогда говорили, лагеря. Я подумала, что это будет хорошим проектом – разузнать, как сложилась судьба этих предприятий через десятилетия после революционного для Восточной и Центральной Европы 1989 года. Сначала я хотела назвать этот проект «Братья по лагерю» (и пусть каждый понимает, как хочет), но в итоге он получил название «Без железного занавеса». И проект оказался далеко не только про то, как сложилась в послереволюционное время судьба социалистических брендов. Он о переменах в гораздо более широком смысле – о переменах в сознании людей, об истории выживания и гибели не только предприятий, но и целых стран (потому как выжили не все). Это моя восьмая книга, и она кажется мне самой важной. Особенно сейчас. Сценарии жизни после революции бывают разными. И, как мне кажется, важно изучить опыт других. Тем более что многие политики и экономисты говорили мне: «Не допускайте наших ошибок». Но умеем ли мы учиться на чужих?

Румыния. Особый путь.   4. Выбор будущего

Румыния – страна, из которой, по разным подсчетам, уехали то ли 4, то ли 5 млн. человек. В поисках работы и лучшей доли. Кто-то говорит, что это трагедия, кто-то утверждает, что для страны это даже хорошо: образуется диаспора, которая будет отстаивать румынские интересы. Не оспаривая ни ту, ни другую точку зрения, я встретилась и поговорила с теми, кто вернулся: на самом деле за ними будущее.

Это последняя публикация проекта «Без железного занавеса». Но не его окончание: будет книга.

Румыния. Особый путь    3. Компьютер как окно возможностей

Когда на улицах Бухареста еще свистели пули, и было понятно, что жизнь меняется бесповоротно, инженер Флорин Талпеш думал, как сделать то, о чем он даже не успел помечтать: «Я не могу сказать, что у нас были мечты. В Румынии была диктатура, и она была жесткой. И когда произошла перемена, была огромная надежда, что мы теперь свободны». Сегодня основанная Флорином Талпешем компания Bitdefender стоит около 600 млн. долларов, ее антивирусными программами пользуются более 500 млн. человек в 150 странах мира. Такая история, как у него, возможна только на изломе эпох. Если, конечно, у тебя хватило смелости, чтобы этого излома не испугаться. Он не испугался. Сегодня Румыния – страна с самым большим количеством программистов на душу населения в ЕС и шестая по этому показателю в мире. И Флорин Талпеш имеет к этому самое непосредственное отношение.

Румыния. Особый путь.   2. Рассказ о потерянном времени

Сегодня вторая из моих публикаций о жизни в Румынии через 30 лет после революции.

«История Румынии – это история страны на рубежах, мы были буферной зоной между Оттоманской империей и Европой, – устраивает мне ликбез компетентный собеседник, попросивший не называть его имени. –  Исторически мы определяем себя как находящихся в постоянной борьбе с внешней оккупацией. Поскольку страна никогда не была достаточно сильна и достаточно богата, чтобы себя защитить, она всегда думала, как адаптироваться к новому захватчику. Столетиями это были турки, потом Советский Союз. Мы говорим: конечно, мы будем делать все, что хотите, а потом мы ничего не делаем или пытаемся делать то, что хотим (смеется). Чтобы понять румын, вам нужно знать, что их ДНК – это борьба с более сильными соседями, захватчиками. Мы стараемся идти за ветром». Тридцать лет назад сила ветра перемен в Румынии достигла штормового уровня. В шторм не всегда выживают сильнейшие, выживают те, кто не сдался, кто умеет плавать, и кому повезло больше, чем другим. Практически все мои собеседники – именно такие.